БЕЛОУСОВ И. Цветок неповторимый
| 
| 
| О Есенине - Воспоминания |
Иван Белоусов
ЦВЕТОК НЕПОВТОРИМЫЙ
(У гроба Сергея Есенина)
Его душа жила, страдая.
Страдая, в вечность отошла...
Вот, что я записал в своем дневнике, когда узнал о смерти Сергея Есенина — и вспомнил: передо мной стоит скромный, белокурый мальчик, — до того робкий, что боится даже присесть на край стула, — стоит, молча потупившись, мнет в руках картузок.
Его привел ко мне (помнится в 1911 г.) репетитор моих детей — Владимир Евгеньевич Воскресенский — «вечный студент» Московского ин-та, народник, служивший корректором при типографии Сытина.
«Я к вам поэта привел, — сказал Воскресенский — и показал несколько стихотворений, — это вот он написал — Сергей Есенин!..»
Не помню, какие стихи он принес. Но я сказал поэту несколько сочувственных слов.
А молодой поэт стоял, потупившись, опустив глаза в землю.
Имя Сергея Есенина тогда еще ничего никому не говорило.
Вспоминается вторая встреча, — это было тогда, когда в Москве ставились «временные» памятники поэтам — Кольцову, Никитину, Шевченко.
При открытии памятника Кольцову Сергей Есенин — молодой, задорный, смело читает свое стихотворение, стоя у подножия памятника. И как сейчас вижу его фигуру с поднятой смело головой, слышу его голос, бросающий в толпу новые слова:
О Русь, взмахни крылами,И тогда не я один, а многие почувствовали, что к нам пришел новый Кольцов.
Поставь иную крепь!
С иными именами
Встает иная степь.
По голубой долине,
Меж телок и коров,
Идет в златой ряднине
Твой Алексей Кольцов...
А там, за взгорьем смолым
Иду, тропу тая,
Кудрявый и веселый,
Такой разбойный я...
***
Встретился я с Сергеем Есениным и в голодный 1920 год. В. Л. Львов-Рогачевский устраивал в какой-то столовой в Петровских линиях литературные вечера; на один из таких вечеров Сергей Есенин и я были приглашены в качестве участников; за это нам выдавали — дорогие в то время — обеды и какую-то плату.
Мы читали перед обедающей публикой; стихи Есенина были радостные, бодрые, полные огня и жизненности, а в антракте он мне сказал:
«А знаете ли, из ваших стихов мне очень нравится одно стихотворение, я его помню», — и прочитал нежно, задушевно восемь строк моего стихотворения, заканчивающегося размышлениями о смерти.
Так вот еще когда Сергей Есенин думал о смерти!.. В его стихах часто самые сильные переживания связаны с мыслью о смерти.
***
И вот теперь он, словно тот прежний робкий мальчик из типографии Сытина — он словно прислушивается к тишине, окружающей его гроб.
Тревожно бьются от ветра траурные флаги у Герценовского Дома и у Дома печати, по ограде которого протянута широкая лента с надписью:
«Тело великого русского национального поэта Сергея Есенина покоится здесь».
Моросит снежок. Оттепель.
А толпа длинной темной лентой тянется далеко по тротуару и терпеливо ждет очереди, чтобы подойти к гробу своего поэта и взглянуть на него в последний раз.
***
И еще одна последняя встреча с ним — самая близкая к роковой развязке, — это уже не тот робкий мальчик, каким я его знал раньше. Теперь ему все нипочем.
Такое впечатление он производил на всех окружающих.
Он смел, самонадеян, горд, — как будто он поборол опасного врага — жизнь, — и она ему не страшна.
Но все это только так кажется, — все это только внешнее. Но если присмотреться, какая глубокая грусть в его голубых глазах.
Подходят к гробу, всматриваются в измененные смертью черты лица поэта.
Когда умер Пушкин, Тютчев сказал:
Его, как первую любовь, России сердце не забудет!
А Сергей Есенин, уходя, сказал про себя, что память о нем будет жить
Как о цветке неповторимом!
30 дек. 1925
+1
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
